Издательство Молодая гвардия

Жизнеописание Шарлотты Корде - это лишь маленькая часть истории Великой французской революции, где политика, этика, мораль и чувства, сплетенные воедино, получили трагическую развязку. Шарлотта Корле, разделявшая взгляды жирондистов, считала лидера якобинцев Марата главным виновником разгоревшейся гражданской войны. Решив спасти Францию ценой собственной жизни, она проникла в дом к Марату и заколола его ножом. Однако последствия этого поступка оказались совершенно иными, чем те, на которые она рассчитывала, - террор в стране был объявлен государственной политикой. Тем не менее Шарлотта Корде стала символом борьбы с тиранией и образцом гражданского мужества. Но можно ли считать убийство подвигом, даже если это убийство тирана?.. Судьба этой девушки вдохновляла многих драматургов, художников и поэтов, ибо поступок ее вызывал (и по-прежнему вызывает) вечный вопрос: борьбе добра и зла где граница дозволенного?

Россия XV-XVI столетий породила множество блистательных военных талантов. Полководцы той эпохи не уступают Суворову, Румянцеву, Кутузову, Жукову, Рокоссовскому и прочим прославленным военачальникам времен Российской империи и СССР ни в тактическом даровании, ни в количестве военных триумфов. Однако знают их гораздо хуже, поскольку в ту пору не писали мемуаров, и, соответственно, личность даже самого крупного царского воеводы оказывалась скрыта туманом времени от взоров будущих поколений. Но служба их видна по другим источникам, а победы их достойны доброй памяти. Эта книга посвящена им – титанам вооруженной борьбы, которую вела Россия XV-XVI веков на всех границах.

В эфире радиоканала "Орфей" в течение нескольких лет звучала авторская программа журналиста, писателя и ведущей Ирины Семеновны Кленской "Хороший тон. Прогулки по Эрмитажу" - о великих сокровищах и людях, которые их берегут, и, конечно же, включавшая беседы с директором Государственного Эрмитажа Михаилом Борисовичем Пиотровским о жизни, о смыслах, об искусстве, об истории и памяти. Однажды появилась дерзкая мысль превратить радиопрограмму в книгу. Михаил Борисович подумал и сказал: "Почему нет? Давайте рискнем!" И вот перед вами эта книга.

Судьба Даниила Леонидовича Андреева (1906-1959) - поэта и мыслителя, сына выдающегося русского писателя Леонида Андреева, вместила все трагические события отечественной истории первой половины XX века. Книга, издающаяся к 115-летию со дня рождения Даниила Андреева, основана на архиве поэта и его вдовы, воспоминаниях друзей и современников, письмах, протоколах допросов и других документальных источниках и воссоздает подробности его биографии, рассказывает об истоках его мироощущения, неотрывного от традиций русской и мировой культуры, о характере его мистических озарений.

Имя фракийца Спартака, римского гладиатора и вождя самого знаменитого восстания рабов в древнем Риме (74-71 годы до н. э.), обладает несомненной притягательной силой. Бессмертный роман Раффаэло Джованьоли и балет Арама Хачатуряна, голливудский боевик 1960 года с блистательной актерской работой Кёрка Дугласа и даже гладиатор на флаге болельщиков "народного" футбольного клуба - всё это зримые воплощения образа Спартака - героя, чье имя давно уже живет своей жизнью и по своим законам. Но каким был реальный Спартак? Какова была жизнь гладиаторов в древнем Риме? Почему в течение долгого времени восставшим удавалось одерживать верх над лучшей армией тогдашнего мира, а сам Спартак заслужил уважение даже своих врагов - римлян? Об этом рассказывается в книге историка и писателя Валентина Лескова, новое, дополненное и исправленное издание которой предлагается вниманию читателей.
3-е издание, исправленное и дополненное.

Эта книга трагична, потому что иной быть и не могла. 1941 год. После летних боёв, тяжёлых потерь - личного состава, вооружения и территорий - Красная армия остановилась на ближних подступах к Москве. Всё. Дальше отступать было уже некуда. Историки, отечественные и зарубежные, до сих пор спорят и не могут прийти к общему согласию в понимании того, что же произошло на Московском рубеже, откуда появилась такая энергия у дивизий и бригад Западного и соседних с ним фронтов. Какое чудо произошло? Почему группа армий "Центр" не смела защитников Москвы в октябре, когда у вермахта, казалось, всё складывалось как нельзя лучше? Почему недожала в ноябре, когда тонкая ниточка советской обороны стала утолщаться, обрастать стрелковыми и танковыми бригадами, дивизионами "Катюш", но всё же по-прежнему была ещё слаба? Почему не удержала удара наших армий в декабре? И почему так жёстко Красная армия была остановлена в начале 1942 года на исходе контрнаступления?
На все эти вопросы автор книги "Москва-41" отвечает, исследуя судьбы действующих лиц и героев одной из самых масштабных и грандиозных битв Великой Отечественной/Второй мировой войны.
В книге впервые публикуются многие документы из различных архивов, фондов и частных коллекций, ставших доступными только в последние годы.

Про человека, вошедшего в историю России под именем "поп Гапон", мы знаем только одно: 9 января 1905 года он повел петербургских рабочих к Зимнему дворцу, чтобы вручить царю петицию о нуждах пролетариата. Мирное шествие было расстреляно на улицах Петербурга — и с этого дня, нареченного "Кровавым воскресеньем", началась первая русская революция. В последующих учебниках истории Георгий Гапон именовался не иначе как провокатором.

Однако как же и почему этот человек, шагавший в самом первом ряду манифестантов и только чудом избежавший пули, сумел вывести на улицы столицы 150 тысяч человек, искренне ему доверявших? В чем была сила его притягательности, почему питерские пролетарии ему верили? Автор биографической книги пытается разобраться, кем же на самом деле был "поп Гапон", рассказывает о том, как сложилась трагическая судьба этого незаурядного человека, оказавшегося в самом центре борьбы различных политических сил, на самом острие почти забытых ныне событий начала XX столетия.

Князь Олег, прозванный "Вещим", правил в Новгороде в конце IX века как преемник Рюрика и "дядька" (воспитатель) его сына Игоря. Он захватил Киев, объединив два главных центра Древней Руси, совершил со своей варяжской дружиной дерзкий поход на Константинополь, воевал на Кавказе и берегах Каспия. Помимо этого, о жизни и загадочной смерти Олега не известно почти ничего. Легенды о его деяниях отразились в первой русской летописи, Повести временных лет, а позже воплотились в "Истории" Н. М. Карамзина и знаменитой "Песни о вещем Олеге" А. С. Пушкина. Книга известного историка Евгения Пчелова - первая попытка реконструировать биографию Олега-Хельги на основе широкого круга древнерусских, скандинавских, византийских и восточных источников той эпохи, когда усилиями "вещего" князя на востоке Европы создавалось многонациональное Древнерусское государство.

Нет в нашей стране более замалчиваемой, более оболганной, более проклятой и забытой войны, чем Первая мировая (1914-1918). Горька судьба ее героев. В силу исторических обстоятельств они не дождались ни юбилейных медалей, ни пенсий, ни музеев, ни вечных огней, ни цветов в день Победы... Эта книга - скромная дань уважения тем, кто не вернулся с кровавых полей Галиции, Волыни, Польши, Литвы, Латвии, Белоруссии, над кем навсегда сомкнулись холодные воды Балтики или Черного моря. Вниманию читателя представлены двенадцать очерков - кратких биографий людей, которые навсегда вписали свои имена в историю Первой мировой войны. Это выдающийся полководец и командир боевого корабля, сын великого князя и простой донской казак, первый в России летчик-истребитель и сестра милосердия, военный священник и лихой гусарский офицер... Жизнеописание каждого героя прослеживается в тесной взаимосвязи с судьбой России, отчего по прочтении складывается целостное представление о...

Среди русских ученых-гуманитариев нет, пожалуй, никого, кто мог бы конкурировать с Михаилом Бахтиным (1895-1975) по части общемировой известности. Его книги о Рабле и Достоевском переведены на множество языков и до сих пор продолжают активно издаваться. Больше того, успешно и бесперебойно функционирует целая "индустрия Бахтина", сочетающая в себе как привычные формы культурной трансляции научных идей, так и черты, напоминающие создание и поддержание мифологизированного культа. Даже те люди, которые никогда не читали трудов Бахтина, регулярно используют содержащиеся в них термины ("диалог", "карнавал", "хронотоп", "смеховая культура", "полифонический роман"). Книга Алексея Коровашко не только детально реконструирует бахтинскую биографию, чрезвычайно богатую авантюрными сюжетами, загадками и мистификациями, но и предлагает новый взгляд на философско-литературоведческую концепцию ученого.

Прозу Николая Лескова читали все, но знают его по двум-трем текстам. Названный Львом Толстым писателем будущего, самый недооцененный русский классик XIX Книга Майи Кучерской, написанная на грани документальной и художественной прозы, созвучна произведениям ее героя - непревзойденного рассказчика, очеркиста, писателя, очарованного странника русской литературы.столетия и человек-скандал прокладывал свой путь в стороне от исхоженных дорог русской словесности и сознательно выламывался из привычных схем, словно нарочно делал всё, чтобы перед ним закрылись двери гостиных и редакций, а его книги не встретились с читателем. С Крестовским он посещал петербургские трущобы, с Чеховым - злачные места. Недоучившийся гимназист прошел на государственной службе путь от письмоводителя до члена министерского Ученого комитета, ненавидел и нигилистов, и обер-прокурора Синода Победоносцева. Современники подозревали его в связях с тайной полицией, а советские пролетарии считали своим. Любя всё диковинное и яркое и в жизни, и в литературе, он сконструировал собственный сочный лексикон, работой с языком предвосхитил авангардные эксперименты начала ХХ века.

К столетию Октябрьской революции "Молодая гвардия" выпустила книги "Красные" (авторы - Е. Матонин и Я. Леонтьев) и "Белые" (автор - В. Бондаренко). Эти качественно изданные и талантливо написанные сборники составлены из биографий участников революции и Гражданской войны - как знаменитых, так и малоизвестных, воевавших друг против друга, но одинаково любивших свою страну и убежденных в своей правоте.

Джакомо Джироламо Казанова вошел в историю как великий любовник. Вечный странник, авантюрист, игрок, алхимик, тайный агент, писатель, переводчик, журналист - каких только занятий он не перепробовал! Но чем бы он ни занимался, на первом месте у него всегда стояли женщины. Подчинив всю свою жизнь стремлению к наслаждению, возведенному галантным XVIII веком до уровня философии, Казанова сделал любовь высшим смыслом своего существования. Несмотря на знакомство с монархами и знаменитостями, на переписку с просвещеннейшими людьми своего времени, известность пришла к Казанове только посмертно - после публикации его "Мемуаров", написанных в преклонные годы, когда, не в силах одерживать новые любовные победы, он скрашивал свой досуг воспоминаниями. Неутомимое и живое перо гения повседневности сумело воссоздать яркий калейдоскоп жизни и быта галантного XVIII столетия, передать беззаботную атмосферу авантюризма. Большая история обошла его стороной, и ни Казанова - тайный агент, ни Казанова - дипломат не оставили в ней заметного следа. В настоящей книге Казанова представлен как герой своего времени, герой, занятый поисками наслаждений и удовлетворением своих амбициозных планов.

Десятки лет учение Карла Маркса было официальной идеологией Советского Союза и ряда других стран. Все это время подлинный Маркс находился в тени: его теории "дополнялись" и искажались, его ошибки замалчивались, его многогранная противоречивая личность втискивалась в рамки канонического жития. Реакцией на что стали исследования, где Маркс предстает в совершенно неожиданном свете. Среди них и книга Жака Аттали - французского политика, политолога, экономиста, одного из ведущих теоретиков глобализации и "нового мирового порядка". Скрупулезно исследуя биографию Маркса, его семейную жизнь, здоровье, отношения с друзьями и врагами, автор главное внимание уделяет творческому наследию своего героя. Вопреки привычным представлениям он видит в Марксе не предтечу тоталитарных режимов, а приверженца демократии, либерализма и рыночных отношений. С этим можно соглашаться или спорить, но книгу Ж. Аттали, переведенную на многие языки, необходимо прочитать всем, кого интересует фигура основателя научного коммунизма.

Игорь Северянин (1887–1941) – знаковое имя Серебряного века, символ эпатажа, игры, куража: "Вонзите штопор в упругость пробки, – / И взоры женщин не будут робки!" С этих строк, обруганных великим Львом Толстым, началась скандальная известность поэта, а с выходом сборника "Громокипящий кубок" (1913) наступило пятилетие невиданной северянинской славы, увенчавшей его титулом "король поэтов" (1918). Однако вскоре "король" оказался в эмиграции, где праздничный его талант стал угасать. Такому традиционному взгляду на судьбу поэта Владимир Бондаренко бросает вызов, доказывая, что настоящий Северянин проявился как раз в эмиграции, а лучший его сборник – "Медальоны" (1934). Собирая факты, автор объездил многие места пребывания поэта – от череповецких селений и эстонских мыз до Югославии и Китая, привлек множество писем, воспоминаний, документов. Данное жизнеописание заряжено на полемику. Так ли был "необразован" Игорь Северянин в свое громокипящее пятилетие, как полагает автор? Необходим ли поэту "диплом"? Что есть поэзия: внушенные пьянящей дерзостью стихи, разошедшиеся на афоризмы, или же отрезвленные возрастом строки?.. В этой полемичности, оживляющей поэта, вписывающей его творчество в сегодняшние темы, заложен основной пафос книги.

Николай Михайлович Карамзин - великий российский историк и писатель, реформатор отечественной словесности. Он ввел в русский язык букву Ё, бессмертной повести "Бедная Лиза" не только положил начало новому литературному направлению - сентиментализму, но и определил дальнейшие пути развития отечественной литературы. Однако главным трудом всей его жизни по праву считается двенадцатитомная "История государства Российского", подвижническая работа, в которой автор впервые во всей полноте раскрыл перед читателями масштабную картину нашего прошлого. Известный историк и литератор Владимир Муравьев не только глубоко исследовал литературные и исторические труды дворцового историографа, но и показал удивительную современность многих замечаний и выводов Карамзина. Безусловным достоинством книги является то, что автору удалось воссоздать живой облик своего героя - внимательного сына, любящего мужа, заботливого отца, Человека с большой буквы, до конца жизни преданного своему Отечеству. Под редакцией и с сопроводительным аппаратом В. Муравьева в различных издательствах выходили сборники и отдельные произведения Н. М. Карамзина.

Генерал-полковник Николай Эрастович Берзарин на завершающем этапе Второй мировой войны командовал войсками 5-й ударной армии, был первым советским комендантом поверженного Берлина и спасал германскую столицу от гуманитарной катастрофы.

Берзарин - крупнейший, по-суворовски одаренный полководец, представивший высшему командованию оригинальный план взятия ставки Гитлера еще в начале апреля 1945 года. В ходе штурма Берлина этот план был успешно реализован и после взятия бункера фюрера гарнизон столицы коричневого рейха капитулировал.

В книге дан достоверный портрет великого немецкого энциклопедиста Иоганна Вольфганга фон Гете (1749-1832)."У меня громадное преимущество, - говорил Гете одному из своих знакомых, - благодаря тому, что я родился в такую эпоху, когда имели место величайшие мировые события, и они не прекращались в течение всей моей длинной жизни, так что я живой свидетель Семилетней войны, отпадения Америки от Англии, затем Французской революции и, наконец, всей наполеоновской эпохи, вплоть до гибели героя и последующих событий". Автор "Фауста" и "Страданий юного Вертера" оказался под стать своему неспокойному времени. Он был не только поэтом, но и естествоиспытателем, мыслителем и крупным государственным деятелем, оказавшим существенное влияние на ход политической истории Германии второй половины XVIII - начала XIX века.

Борис Слуцкий (1919-1986), один из крупнейших поэтов военного поколения, прожил значительную и трагическую жизнь. Знаковую, как видится сегодня, - не случайно сказал о себе: "Я историю излагаю". Уроженец донецкого Славянска, проведший детство и юность в Харькове, к началу Великой Отечественной войны в Москве окончил два вуза. Образование дополнил суровым опытом фронта, пройдя всю войну - от Подмосковья до Австрии. Раны и контузии, послевоенные хвори и бездомность... - много испытаний досталось гвардии майору в отставке Слуцкому. И счастьем, и горем стала женщина его судьбы, ее болезнь и смерть. Бесстрашные стихи поэта долго не печатались, ходили по рукам в списках; первый сборник "Память" вышел в 1957-м. Предшественник громких шестидесятников, признанный ими мэтр, Слуцкий воспитал много учеников. Крушение идеалов, одиночество и безумие до времени свели его в могилу. Илья Фаликов, автор жизнеописаний Евг. Евтушенко, Б. Рыжего, М. Цветаевой ("ЖЗЛ"), книгу о Слуцком писал долгие годы, и вот, в канун 100-летия поэта, она сложилась. Вольно или невольно, строки Слуцкого - "Мелкие пожизненные хлопоты / По добыче славы и деньжат / К жизненному опыту / Не принадлежат" - стали и лейтмотивом книги и звучат как завещание поэта.

В книге представлена первая подробная биография выдающегося прозаика и поэта, тонкого мастера слова Валентина Петровича Катаева (1897-1986), лишенная идеологической предвзятости. Немногие знают, что писатель происходил из старинного священнического рода, среди его близких родственников были архиепископы - новомученики. Герой Соцтруда Катаев был в свое время белым офицером, учеником Бунина, сидел в расстрельном подвале Одесской губчека…

Писателю Сергею Шаргунову, опиравшемуся на воспоминания, архивные документы, мемуарную и биографическую литературу, блестяще удалось воссоздать непростую, отчасти таинственную, тесно сплетенную с литературным творчеством жизнь Валентина Катаева - сложного и противоречивого человека, глубоко вовлеченного в исторические события ХХ века.

2-е издание, доработанное.