Славянский разлом. Украинско-польское иго в России, Пыжиков Александр Владимирович

Код товара: 1116569. Пожалуйста, сообщите его при заказе по телефону!
Доставим в любой уголок мира.

Оплачивайте покупки при получении.

Любые ситуации разрешаются в пользу покупателей.

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Цитаты из книги

Борьба с языческой верой

Не стоит забывать и попытки немцев в ХII-ХIII веках закрепиться под эгидой христианства в языческой Литве. По описанию тех же романовских историков, здесь велась уже ожесточённая борьба с коренным населением. Рассказы об агрессии папства, о притворно крестившихся местных народах, о восстаниях против католических орденов – излюбленная тема Ключевского, Соловьёва и др. Но вот когда речь заходит о юго-западной колонизации в центральной части современной России, то тут презентуется благостная картина.

Геополитическая конструкция

Если называть вещи своими именами, то афонские технологи планировали, с одной стороны, с выгодой для себя «окормлять» огромные территории, а с другой – сбыть объединённый религиозный актив в лице «варварских территорий» тому же Риму в уплату за поддержку Византии в борьбе против неверных. Отсюда та настойчивость, с которой поставленные Константинополем митрополиты проводили религиозное сплочение «всея Руси.

«Троянский конь» во власти

Инструментарий Смуты следует дополнить ещё одним фактором, который поможет осмыслить реалии той поры. Понятие пятой колонны ранее было абсолютно неприемлемо, поскольку резко противоречило историографическому концепту. Из кого она состояла, какие интересы связывали её с поляками? – подобные вопросы не могли быть даже поставлены в рамках утвердившейся со времён Нового летописца схемы. О существовании в московских элитах со времён Василия III пропольской группировки, костяк которой состоял из литовско-украинских выходцев, старались вообще не упоминать. Властные претензии последних были перечёркнуты опричниной, после чего последовали четыре десятилетия прозябания на задворках власти. Самостоятельно вернуть утраченные позиции, не говоря уже о большем, не представлялось возможным.

Режиссёры раскола

Нашу церковь силой вбивали в новый религиозный формат: от предания анафеме старых обрядов до требования священникам облачаться по греческому покрою. Всё это производило настолько тяжёлое, удручающее впечатление, что даже романовские историки констатировали нетактичность происходившего. Стремясь минимизировать негатив, они подчёркивали, что избыточная суровость могла стать только делом чужих рук, то есть греков, заправлявших ходом собора. Тем самым из-под критики выводились украинские церковные деятели, которые как бы оказывались в тени.

Окно в Европу: окно Овертона в действии

С Петра I отчуждение романовской элиты от населения только нарастало, чему способствовал бурный приток иностранцев. Если в царствование Алексея Михайловича эти процессы только набирали силу, то при Петре развернулись во всю мощь. Любовь ко всему иноземному отличала государя буквально с пелёнок.

Архитекторы Белого движения России

Крах царизма ознаменовал конец украинско-польского засилья в верхах. От этого выиграли все те многочисленные народы, на эксплуатации которых в течение двух с лишним веков паразитировала романовская элита. Однако, оставить без сопротивления давно облюбованную колонию, именуемую Россией, эти господа не желали. Если посмотреть, кто пытался задушить молодую советскую республику в зародыше, то украинско-польско-немецкий оскал поверженных хозяев отчётливо проявляется. Они с остервенением бросились выправлять положение. А потому нужно вспомнить лидеров Белого движения, которое, как нас уверяли и уверяют, вобрало в себя «лучших сынов родины», истинных патриотов России.

КГБ против украинской группы

Андропов намеревался вытеснить с партийно-советской верхушки оккупировавшие её украинские кадры. Он успел провести отставки не просто сильных, но и знаковых фигур этого клана, хозяйничавшего в стране. Речь о министре внутренних дел Н.А.Щёлокове и первом секретаре Краснодарского крайкома КПСС М.Ф.Медунове. Падение закадычных брежневских друзей означало, что вскоре очередь дойдёт до многих. Андропов прекрасно понимал, что имеет дело не с чем иным, как со вторым изданием украинской группы. Если она чем-то и отличалась от брежневской, то только тем, что называлась «русской партией», да неуёмной тягой к РПЦ, где также заправляла братская им украинско-южная группировка. В остальном же эти хлопцы мало чем отличались от тех, кого Андропов собирался выдавливать с партийно-советских верхов. Окажись у кормила власти, эти «русские патриоты» благополучно продолжили бы паразитировать на стране, культивируя церковно-селянский дух в стиле дореволюционного черносотенства.

Монархический проект в наше время

Сегодня те же силы, оправившись от советского удара, разъев СССР изнутри, жаждут возобновить своё господство, трезвоня о возвращении к «коренному», то есть к тому же государственно-церковному всевластию. На наших глазах вновь воспроизводятся монархическо-православные механизмы, обкатанные при Романовых. И этому нельзя положить конец, пока отечественная история будет находиться под их неусыпным контролем.


Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Цитаты из книги

Борьба с языческой верой

Не стоит забывать и попытки немцев в ХII-ХIII веках закрепиться под эгидой христианства в языческой Литве. По описанию тех же романовских историков, здесь велась уже ожесточённая борьба с коренным населением. Рассказы об агрессии папства, о притворно крестившихся местных народах, о восстаниях против католических орденов – излюбленная тема Ключевского, Соловьёва и др. Но вот когда речь заходит о юго-западной колонизации в центральной части современной России, то тут презентуется благостная картина.

Геополитическая конструкция

Если называть вещи своими именами, то афонские технологи планировали, с одной стороны, с выгодой для себя «окормлять» огромные территории, а с другой – сбыть объединённый религиозный актив в лице «варварских территорий» тому же Риму в уплату за поддержку Византии в борьбе против неверных. Отсюда та настойчивость, с которой поставленные Константинополем митрополиты проводили религиозное сплочение «всея Руси.

«Троянский конь» во власти

Инструментарий Смуты следует дополнить ещё одним фактором, который поможет осмыслить реалии той поры. Понятие пятой колонны ранее было абсолютно неприемлемо, поскольку резко противоречило историографическому концепту. Из кого она состояла, какие интересы связывали её с поляками? – подобные вопросы не могли быть даже поставлены в рамках утвердившейся со времён Нового летописца схемы. О существовании в московских элитах со времён Василия III пропольской группировки, костяк которой состоял из литовско-украинских выходцев, старались вообще не упоминать. Властные претензии последних были перечёркнуты опричниной, после чего последовали четыре десятилетия прозябания на задворках власти. Самостоятельно вернуть утраченные позиции, не говоря уже о большем, не представлялось возможным.

Режиссёры раскола

Нашу церковь силой вбивали в новый религиозный формат: от предания анафеме старых обрядов до требования священникам облачаться по греческому покрою. Всё это производило настолько тяжёлое, удручающее впечатление, что даже романовские историки констатировали нетактичность происходившего. Стремясь минимизировать негатив, они подчёркивали, что избыточная суровость могла стать только делом чужих рук, то есть греков, заправлявших ходом собора. Тем самым из-под критики выводились украинские церковные деятели, которые как бы оказывались в тени.

Окно в Европу: окно Овертона в действии

С Петра I отчуждение романовской элиты от населения только нарастало, чему способствовал бурный приток иностранцев. Если в царствование Алексея Михайловича эти процессы только набирали силу, то при Петре развернулись во всю мощь. Любовь ко всему иноземному отличала государя буквально с пелёнок.

Архитекторы Белого движения России

Крах царизма ознаменовал конец украинско-польского засилья в верхах. От этого выиграли все те многочисленные народы, на эксплуатации которых в течение двух с лишним веков паразитировала романовская элита. Однако, оставить без сопротивления давно облюбованную колонию, именуемую Россией, эти господа не желали. Если посмотреть, кто пытался задушить молодую советскую республику в зародыше, то украинско-польско-немецкий оскал поверженных хозяев отчётливо проявляется. Они с остервенением бросились выправлять положение. А потому нужно вспомнить лидеров Белого движения, которое, как нас уверяли и уверяют, вобрало в себя «лучших сынов родины», истинных патриотов России.

КГБ против украинской группы

Андропов намеревался вытеснить с партийно-советской верхушки оккупировавшие её украинские кадры. Он успел провести отставки не просто сильных, но и знаковых фигур этого клана, хозяйничавшего в стране. Речь о министре внутренних дел Н.А.Щёлокове и первом секретаре Краснодарского крайкома КПСС М.Ф.Медунове. Падение закадычных брежневских друзей означало, что вскоре очередь дойдёт до многих. Андропов прекрасно понимал, что имеет дело не с чем иным, как со вторым изданием украинской группы. Если она чем-то и отличалась от брежневской, то только тем, что называлась «русской партией», да неуёмной тягой к РПЦ, где также заправляла братская им украинско-южная группировка. В остальном же эти хлопцы мало чем отличались от тех, кого Андропов собирался выдавливать с партийно-советских верхов. Окажись у кормила власти, эти «русские патриоты» благополучно продолжили бы паразитировать на стране, культивируя церковно-селянский дух в стиле дореволюционного черносотенства.

Монархический проект в наше время

Сегодня те же силы, оправившись от советского удара, разъев СССР изнутри, жаждут возобновить своё господство, трезвоня о возвращении к «коренному», то есть к тому же государственно-церковному всевластию. На наших глазах вновь воспроизводятся монархическо-православные механизмы, обкатанные при Романовых. И этому нельзя положить конец, пока отечественная история будет находиться под их неусыпным контролем.